Каковы принципы успешных преобразований?

0
8 октября 2013
3186 прослушиваний

Требуется обновление Чтобы прослушать подкаст, необходимо обновить либо браузер, либо Flash-плейер.
Встроить
Текстовая версия

Каковы принципы успешных преобразований?

В конце сентября министр экономического развития Алексей Улюкаев заявил о том, что модель экономического роста, существовавшая в России в 2000-е годы, исчерпала себя. С мнением одного из ведущих членов Кабинета министров нельзя не согласиться. Низкие темпы экономического роста в первой половине текущего года являются ярким подтверждением правоты его слов. Для преодоления стагнации требуется реализация комплекса реформ, сопоставимых по своему масштабу с преобразованиями первого посткоммунистического десятилетия. Стоит напомнить, что из всех запланированных на заре президентства Владимира Путина преобразований правительство сумело реализовать только налоговую реформу начала 2000-х годов. Это, в свою очередь, ставит под сомнение способность нынешнего состава Кабинета министров воплотить в жизнь пакет мер, необходимых для выхода экономики на устойчивую траекторию роста. По всей видимости, окно политических возможностей для проведения нужных стране преобразований откроется только после ликвидации существующей сегодня вертикали власти. Чтобы преобразования в поставторитарной России оказались успешными, будущим реформаторам важно извлечь следующие уроки из опыта трансформации бывших социалистических стран.

Во-первых, у реформаторов должен быть подготовлен детальный план преобразований. По воспоминаниям Людмилы Алексеевой, главы Московской Хельсинской группы, в течение двух десятилетий, последовавших за событиями Пражской весны, восточноевропейские диссиденты готовили программную почву для системных реформ в их собственных странах. Это стало залогом успеха трансформации государств бывшего советского блока после краха коммунистической империи. К сожалению, такая подготовка не велась в России. Исключение составила лишь группа московских и ленинградских экономистов под руководством Егора Гайдара и Анатолия Чубайса, в 80-е годы обсуждавшая различные аспекты будущего перехода от плана к рынку. В СССР практически никто не занимался разработкой преобразований в политико-правовой сфере. Во многом этим объясняется тот факт, что Россия смогла преодолеть наследие административно-командной системы и стать в 2000-е годы динамично развивающейся рыночной экономикой, но так и не совершила успешный демократический транзит. В результате сегодня ахиллесовой пятой страны является коррумпированность государственных институтов, сковывающих работу предпринимателей и препятствующих развитию структур гражданского общества.

Во-вторых, правительство реформаторов должно обладать существенной поддержкой в парламенте. После Оранжевой революции Украина получила шанс на проведение комплексных демократических преобразований. Виктор Ющенко, возглавлявший на рубеже 2000-х годов правительство страны, зарекомендовал себя как эффективного реформатора. В период его премьерства был принят новый бюджетный кодекс, из торговли нефтью и газом исчез бартер, а продажа сельскохозяйственных земель стала частично разрешена. Эти реформы позволили запустить механизм устойчивого экономического роста, который продолжался в течение последующих семи лет. Заступив на президентский пост, Ющенко получил политическую поддержку со стороны официального Брюсселя. В феврале 2005 года Украина и Европейский Союз утвердили План действий на 2005-2007 годы, предполагавший усиление сотрудничества двух сторон в вопросах экономики, внешней политики и безопасности. В Украине и за ее пределами ожидали, что Ющенко сможет необратимо изменить страну. Однако этого не произошло. В 2005 и 2006 годах в украинской Раде шло ожесточенное сопротивление сторонников и противников президента. В этих условиях широких возможностей для последовательного проведения преобразований не было.

В-третьих, общество должно почувствовать эффект от реформ. Как правило, граждане хотят видеть, что действия правительства приносят результат. В бывших социалистических странах одним из индикаторов действенности преобразований являлась ликвидация дефицита товаров и услуг, последовавшая за либерализацией цен. Если говорить о развитых странах Запада, то можно вспомнить, как в результате реформ Маргарет Тэтчер Великобритания преодолела структурный кризис 70-х годов двадцатого века. До недавнего времени не существовало количественного инструментария для анализа эффективности реформ в области государственного управления. Однако в 90-е годы такие методики были выработаны: именно в то время начали публиковаться рейтинги легкости ведения бизнеса и восприятия коррупции, широко применяющиеся сегодня как экспертами, так и политическими лидерами осуществляющих преобразования стран. Здесь также стоит упомянуть регулярно составляющийся глобальный индекс конкурентоспособности по версии Всемирного экономического форума и исследование качества государственного управления, ежегодно публикуемое Всемирным Банком.

В-четвертых, реформаторы обязаны разъяснять гражданам суть проводимых преобразований. Избиратели должны понимать логику решений правительства. Поэтому членам кабинета реформ необходимо истолковывать содержание реализуемых ими мер. Великие реформаторы прошлого такими навыками обладали. Наиболее известным примером являются «речи у камина» Франклина Рузвельта. Рональд Рейган, выведший Америку из стагфляции, вошел в историю как «великий коммуникатор». Вацлав Клаус, архитектор посткоммунистических преобразований в Чехии, обладал способностью объяснять гражданам, потерявшим навыки жизни в условиях капитализма, тонкости проведения приватизации. Политическому мастерству Клауса завидовал Егор Гайдар. Будучи талантливым ученым и государственным деятелем, Гайдар не являлся политиком по призванию. Как и другие реформаторы 90-х годов, он занимался публичной политикой вынужденно, в силу требований эпохи. Отсутствие прирожденных политических лидеров в первом правительстве независимой России, во многом, предопределило его отставку в декабре 1992 года и неудачу преобразований в стране в целом.

В-пятых, члены правительства реформ должны обеспечить необратимость преобразований. Реформы являются успешными только в том случае, если впоследствии их достижения не оказываются ликвидированными. История знает множество примеров неудач политических преобразований. Так, после Первой мировой войны Австрия, Венгрия и Германия предприняли попытку демократизации. Однако в 20-е и 30-е годы в этих странах произошла реставрация автаркии, следствием чего стала Вторая мировая война. Экономические реформы также зачастую являются обратимыми. В частности, рыночные преобразования, начавшиеся в Болгарии после падения коммунистического режима, были приостановлены вскоре после прихода социалистов к власти в середине 90-х годов. В стране были восстановлены нерыночные порядки, из-за чего в жизнь болгар вернулся товарный дефицит. В 1997 году, в результате массовых антиправительственных протестов, социалисты потеряли власть, и Болгария вновь вернулась на тропу рыночных реформ.

Наконец, реализация преобразований невозможна без существования отлаженно функционирующей партийной структуры, стоящей в авангарде поддержки реформаторов. А с этим в России всегда были проблемы. Например, коалиция «Демократическая Россия», поддерживавшая Бориса Ельцина в начале 90-х годов, была весьма рыхлым образованием. Движение оказалось не готово к переходу от ситуации, когда разношерстные оппозиционные группы сообща противостояли монополии КПСС, к положению, при котором конкурирующие между собой партии боролись за собственное видение посткоммунистической России. Слабость либералов и демократов в деле партийного строительства стала одной из причин относительной неудачи проправительственного «Демократического выбора» в кампании по выборам в парламент в декабре 1993 года, что негативно отразилось на дальнейшей судьбе российских реформ. Эти же обстоятельства не позволили либеральным партиям получить высокий процент голосов в ходе думских выборов 1999 года, что поставило их в слабую позицию перед начавшим «закручивание гаек» президентом. Учтут ли эти ошибки оппозиционные лидеры сегодняшнего дня? Ответ на этот вопрос смогут дать лишь историки будущих поколений.

Ширина

В конце сентября министр экономического развития Алексей Улюкаев заявил о том, что модель экономического роста, существовавшая в России в 2000-е годы, исчерпала себя. С мнением одного из ведущих членов Кабинета министров нельзя не согласиться. Низкие темпы экономического роста в первой половине текущего года являются ярким подтверждением правоты его слов.

В подкасте:

— Почему Россиия так и не совершила успешный демократический транзит.
— Об украинском опыте.
— О важности отлаженно функционирующей партийной структуры.

Комментарии